Самый лёгкий четырёхтысячник Альп, или часть четвёртая, последняя.

Путешествие в Мечту (часть 1)
Клуб ненавистников Улиштеков! (вторая часть рассказа)
Мы только вверх и сразу вниз! (часть три)

Утром проснулись — лицо болит. Даже кремом трудно намазаться, но мазались не жалея себя, потому что страшно даже подумать было о том, чтобы обгореть ещё больше. Из соседней палатки вылез Костя и сказал, что Маруся там, в больших расстройствах. Говорит, жалуется, что обгорела сильно. Ну, мы сразу стали обсуждать, мол, ничего страшного. Мы же тоже обгорели. Ну да, неприятно, но с кем не бывает.

Тут из палатки вылезла и сама Маруся. Нашу компанию сковала тишина. Видно было, что каждый хотел чем-нибудь приободрить Марусю, но не мог придумать чем. Её лицо целиком опухло и она с лёгкостью выиграла бы конкурс "Мисс силикон". Ситуация была двоякая, если не сказать патовая. Мы её смешили, а она смеялась и тут же плакала, потому что больно. Короче, чуть не погубили Марусю.

Пошли спускаться и набрели на такие красивые места, что захотелось там остаться. Очень круто.

Редкий лес, травка, ручейки, озёра, величественная северная стена Маттерхрна и скамеечки, с которых открывается вид на всё это.

Оторваться было очень сложно.

А Маруся с каждой минутой хорошела. Потом пошли местные деревушки. Крохотные, с невероятно плотной застройкой.

Мы спускались дальше и, наконец, пришли в Церматт!

И тут же заселились в кемпинг. Ну и первым делом в душ. Владелец кемпинга оказался бывшим гидом. По его словам, он бывал на Маттерхорне 540 раз. Услышав, что мы три дня ходили даже и не удивился. Говорит нормально. Ну а мы, в общем, так и думали.

Там же, в кемпинге, познакомились с Данилой, парнем из Питера, который переехал в Швейцарию работать в гугле. А в Церматт приехал кататься на лыжах. Помог нам зарядить наши телефоны и вообще рассказал об особенностях местной жизни.

На следующий день начали разлагаться. Ходили по музеям, покупали сувениры.

Вечером Дима сидел в кресле на газоне кемпинга и бурчал, что так жить не возможно. Ещё один день такого разложения и мы все передохнем.

Сошлись во мнении, что зона смерти — это не только всё то, что выше семи тысяч, но и то, что ниже двух. Размышляя на эту тему, придумали сходить на Брайтхорн. По описанию он значился как самый простой четырёхтысячник Альп. Всё потому, что до ~3850 идёт канатка. А дальше без каких-либо сложностей, по снежным полям маршрут идёт на вершину. Для нас проблема была в том, что на завтра во второй половине дня намечалась непогода, канатка работала только до 2900м, а обстоятельства требовали немедленного застолья.

На восхождение собирались мы с Димой, а так же Данила. Он попросился с нами, чтобы съехать на лыжах с Брайтхорна. Сказал, что в хорошей физической форме, каждые выходные катается на высоте и немного занимается фрирайдом. А ежели что, то просто развернётся и съедет вниз на лыжах.

Сначала выпили коньяк. Потом Костя намешал спирта с соком по рецепту Тихомирова, и парни принялись пить бабовал. На утро Дима с Данилой были зелёные, но всё же поднялись. А я, хоть и не пил, но всё равно забыл камеру и почему-то решил, что термобельё мне не нужно. Пойду в одних штанах. На четыре тысячи. В Цермате светило солнышко, было тепло, подвоха не чувствовалось.

Только мы поднялись на 2900, как стало холодно, небо затянули тучи, начал дуть ветер, пошла крупа. Короче я сидел и думал, в кого я такой дурак. Но делать было нечего. Билет на канатку стоил примерно 60 евро, и деньги надо было отрабатывать. Так что я просто решил идти быстрее.

Дима с Данилой эту идею не очень одобрили. Особенно Данила. Он сначала попробовал идти на скитурах, потом плюнул, засунул лыжи в рюкзак (ох уж эти программисты гугла) и пошёл так.

Минут через пятнадцать, после очередного подъёма, остановились передохнуть. Дима жутко вращал глазами, но не отставал. Данила появился через минуту с языком на плече. Говорит, блин, раньше я всегда ходил с людьми, которые были слабее меня, так что даже не напрягался. А с вами я дурею.

Вместе с тем, погода ухудшалась. Видимости не было. Благо мы шли по лыжной трассе, так что видели вешки. Если бы не эти вешки, мы бы так там и остались бродить в белой мгле.

Шли мы дальше, шли. Дима как-то приободрился, приобрёл здоровый окрас лица. А Данила отставал всё больше и больше. В какой-то момент набрели на трещину. Рядом стояла строительная техника и металлические каркасы, которыми эту трещину будут заделывать. Трещину мы обошли, но мы-то в кошках шли, а данила на скитурах. Надо было подождать его, так что мы решили разделиться. Дима оставался ждать Данилу, а я шёл наверх, искать возможность проникнуть на станцию канатки. Там, на станции мы и должны были встретиться.

Иду, никого не трогаю, вижу станцию. На первый взгляд всё закрыто, но, вскоре замечаю заметённую снегом, но слегка приоткрытую дверцу, из которой торчат какие-то метёлки. Холодно, ветрило, пурга. У меня к тому времени на шапке ледяная корка выросла, так что решаю щемиться в эту дверцу.

Захожу, в альпинистских очках плохо видно, но вижу узкий коридор. Шириной хорошо если метр, длинной метров пять и заканчивается стеной. Ну, не фонтан, конечно, но спастись от непогоды можно. Прохожу по этому коридору дальше, и тут бац! Включается свет, стеклянные двери справа раздвигаются, и я попадаю на станцию. Серые стены, помещения, вырубленные в скале, длинный тоннель, в котором завывает ветер, экраны, которые не понятно для кого рассказывают, как правильно пользоваться скипасом. Классическая завязка ужастика.

Исследовать станцию не пошёл. А ну их, эти ужастики. Вместо этого съел сникерс и пошёл смотреть, где там Дима с Данилой. Вышел, а там пурга, метель, жопа. Зашёл обратно. Походил, побродил, нашёл обзорный пункт со стеклянными стенами, посидел там. Вышел снова, смотрю, идёт Дима. Помахал ему руками. Говорю, смотри, какое я место нашёл. Завожу его в этот тоннель — стоит, отдыхает. Тут двери открываются и Дима удивлённо так: "Ничего себе!"

Сидим уже вдвоём. Точим сникерсы, исследовать станцию не идём. Ждём Данилу. В конце концов, пришел Данила и повалился на пол. Говорит, устал я. Буду переодеваться в сухое, а то что-то взмок вдобавок. А на станции и, правда, дубак. Холодно, то есть.

По такой погоде и с такой видимостью решаем отказаться от штурма Брайтхорна. Вместо него решаем залезть на вершину Малого Маттерхорна, в вершинной башне которого, и прорублена эта станция. Лифт на крышу станции не работал, так что решаем искать другие пути.

Только вышли, смотрю, лестница стоит к стене прислонённая. Полезли по ней. Залезли на крышу, идём к лестнице, ведущей на вершину. Вижу, крыша станции заканчивается, а с другой стороны скала. Между ними такая канава, окоп типа, который как раз выводит к лестнице. Вижу, правда, что снега туда намело, но думаю, чего там, ерунда. И прыгаю.

Раньше я такого и не встречал. Ну, бывало, чтобы снег был по развилку, но чтобы по грудь! Брасом, кое-как добрался я до лестницы, и как будто бы из бассейна вылез по ней. Дима посмотрел на меня и решил канаву эту обойти.

Местами там были ограждения какие-то, типа проход запрещён. Но их так засыпало, что мы шли где-то над ними. На вершине сделали памятное фото и решительно принялись загребать вниз.

Как вернулись, Данила всё ещё переодевался, так, что мы всё-таки сходили и исследовали, что там есть на этой станции. Да ничего особо и нет. Задерживаться там не стали, а взяли, да и пошли вниз.

Шли быстро, а Данила ехал медленно. Зачем-то даже раз упал, не разглядев кочку. Но потом всё-таки умчался. А мы с Димой быстро, но все, же тоскливо побрели вниз по старинке. Причём в кошках, от чего оба натёрли жуткие мозоли.

Конечно же, спустились, и как только спустились — сразу развиднелось. Мы, наконец, увидели, куда мы вообще ходили. Но, к сожалению, последняя кабинка уезжала вниз в половине пятого, так что ждать там, наверху у нас времени не было. Да мы сильно и не расстроились.

Пришли вниз и как будто подвисли. Так хорошо было, что даже двигаться не хотелось. Так, только лишь едва шевеля губами, разговаривали на светские темы. Обсуждали, к примеру, как нам открыть банку рыбных консервов не портя ценных ножей.

«Как нам открыть консерву?» — интересовался Дима.
«Тяпкой…» — беззаботно отвечал я.

Разговор уходил в сторону, но неизменно мы возвращались к этому:

«Как нам открыть консерву?»
«Тяпкой…»

И так могло бы продолжаться вечно (либо до прихода Кости с консервным ножом), но Дима, вдруг, сказал: — «А давай!»

А на следующий день нас ждали сборы, поезд, снова Германия и дорога домой через аквапарк!

Но это, не совсем, конечно, но уже другая история.

Спасибо всем, кто осилил этот бесконечный отч0т! :)

Добавить комментарий